Муниципальное бюджетное учреждение культуры Дом культуры «Шарм» города Смоленска

г. Смоленск, ул. Нахимова, 17

(4812)  66-13-84

Живова Елена, ученица 8 Б класса МБОУ «СШ №39»

Сочинение на тему:

«В нашей семье помнят…»

ученицы 8 Б класса

МБОУ «СШ №39» г. Смоленска

Живовой Елены Анатольевны

Вот и конец зиме! Наконец-то долгожданная весна, а с нею и хорошее настроение, радость, веселье. Тем более, что приближается великая дата: 70 лет со дня победы великой страны - СССР над немецко-фашистскими захватчиками. Об этом событии нам рассказывают в школе, читаем в средствах массовой информации.
           Субботним вечером ко мне подсела мама, обняла за плечи и сказала:  "Ты помнишь, дочь, какая приближается дата, надо бы позвонить прадедушке, а лучше напиши письмо, он очень любит их читать».   Я прилегла маме на плечо, и она стала рассказывать мне об очередном эпизоде военного пути моего героического прадедушки, ведь он прошёл всю войну и встретил победу в Берлине в мае 1941 года.  На следующее утро я села писать письмо моему любимому прадеду Михаилу с просьбой рассказать, как встретил он войну в июне 1941 года на границе с Польшей.
            Письмо я отправила в этот же день, а сама с нетерпением стала ждать ответа, зная, что буду читать с удовольствием, ведь мой прадедушка - "писатель", его рассказы о войне можно читать не отрываясь. В ожидании письма из Тулы я прочитала несколько книг о войне, посмотрела фильмы о Великой Отечественной войне и сделала для себя вывод, что фашистскую гадину мог победить только советский народ (люди более 100 национальностей).
Два раза в день я заглядывала в почтовый ящик и вот  по прошествии десяти дней  держу в руках конверт со знакомым почерком. Выполнив уроки, сделав свет не слишком ярким, я вскрыла конверт и уселась удобно на диване.
            Письмо начиналось так: "Дорогая и любимая моя правнучка, Леночка! Я хочу рассказать тебе о первых, самых страшных месяцах войны. Я думаю, что прочитав мои воспоминания, ты сохранишь в своей памяти и передашь своим детям любовь к своей родине и подвигам, совершённым прадедами».  А дальше дедушка поведал о своей военной судьбе. Вот что было в том письме:
           "Я попал на границу с Польшей в июне 1940 года после окончания учебного подразделения. Наша погранзастава стояла буквально в трёхстах метрах от Немана, где и проходила граница Советского союза. Служба проходила напряженно, то и дело задерживали нарушителей, шпионов с территории Польши, занятой фашистами. Наши командиры учили нас быть бдительными, не поддаваться на провокации. Выпадали  редкие дни отдыха, и я со свободными от несения службы товарищами шёл через лес в посёлок, стоящий от нашей погранзаставы на три километра, в клуб на танцы. Дорога проходила через великолепный сосновый бор, деревья стояли ровные, высокие, как на подбор, смоляной аромат наполнял лёгкие, на душе было легко и спокойно, все дурные мысли и тревоги улетучивать прочь.
           В один из таких тёплых воскресных вечером я познакомился совершенно случайно с прекрасной, кареглазой, легконогой, смешливой девушкой Олесей, местной учительницей. Да, Леночка, эта прабабушка Олеся, с который мы прожили вместе почти семьдесят лет, пройдя через все испытания!
           Мы стали встречаться при первой возможности, насколько позволяла служба, гуляли в сосновом бору, купались в реке, разговаривали на всевозможные темы, мечтали о будущем... Олеся познакомила меня со своими родителями, живущими в том же посёлке. Незаметно прошёл год, и в конце июня 1941 года мы решили пожениться. Но нашим мечтам не суждено было осуществиться, и война разлучила нас на долгих пять лет. Я хорошо помню воскресный вечер 21 июня 1945 года. Этот день врезался в мою память навсегда. Я был свободен от службы, и мы гуляли с моей любимой всю ночь, а рассвет решили встретить на берегу Немана. Что это было за утро! Тихий, ласковый ветерок обдувал наши разгорячённые лицо, ярко-изумрудная зелень молодого подлеска радовалась вместе с нами. Быстро светлело, лёгкие тучки стали золотистыми под лучами нежного, просыпающегося солнышка, а тёплые воды Немана щекотали наши босые ноги. Последнее мирное утро... Вдруг мы услышали нарастающий гул, а через минуту все небо заслонили чёрные, низко летящие немецкие самолёты. Я крикнул: "Олеся, это война!" Беги скорей в посёлок, собирайтесь и уезжайте как можно быстрее!" Прощальный поцелуй был жарким и скоротечным, а следующего пришлось ждать пять лет... Я кинулся бегом на
заставу, а в это время немецкая артиллерия уже обстреливала её. Буквально за несколько минут вся застава была практически уничтожена, горели здания, а на земле лежали, даже толком не успевшие одеться пограничники и члены их семей. Я оттащил нескольких раненых товарищей от пожарища, перевязал их и побежал искать оставшихся в живых людей  и оружие. В живых осталось шесть человек, в том числе заместитель командира заставы младший лейтенант Силуонов и два сержанта, не считая меня.
 

          Мы нашли целёхонький станковый пулемёт с большим запасом патронов, ящик с гранатами и целые винтовки. Несмотря на то, что нас было так мало, надо было занимать оборону, потому что со стороны реки слышалось уже гортанная немецкая речь.
                     Недалеко от реки у нас заранее были подготовлены окопы полного профиля с огневыми точками. Мы быстро заняли оборону и стали ждать команду командира. Через реку на больших резиновых лодках переправлялись фашисты в форме мышиного цвета, с автоматами наперевес. Они что-то гортанно кричали, смеялись, предвкушая лёгкую прогулку по занятой территории СССР.
                      Мы дождались, когда они оказались на середине реки и услышав команду :"Огонь, бей фашистскую гадину!" открыли ураганную стрельбу. Через несколько минут всё было кончено, вниз по течению поплыли остатки лодок, куски ящиков. Наступила тишина, немцы не ожидали такого отпора. Правее наших позиций, метрах в двухстах, находился очень важный мост, связывающий два берега реки и уходящий вглубь нашей территории.
                    Наш командир решил заминировать мост и взорвать его вместе с фашистами. Сделав связки из ручных гранат, сержант Егоров и рядовой Зозуля подползли к опорам моста, установили взрывчатку и поползли в сторону наших позиций, одновременно разматывая провод к взрывателю. В это время начался сильнейший миномётный обстрел. Сержант погиб, а рядовой Зозуля, весь израненный, всё же добрался до траншеи и передал провод младшему лейтенанту. Обстрел продолжался минут двадцать, затем неожиданно прекратился. Всё вокруг заволокло дымом, пылью, горло буквально раздирало от кислого запаха взрывчатки. Командир осторожно осмотрел в бинокль противоположный берег и мост и увидел, что фашисты готовят новую переправу, а к мосту приближается колонна мотоциклистов и несколько танков. Дождавшись, когда колонна достигнет середины моста, мы его взорвали. Что там творилось! Порядка пяти мотоциклистов свалились один за другим в реку, а сверху грузно осел тяжёлый танк, давя на успевших выпрыгнуть из сидений вояк. Одновременно мы ударили из всех стволов по переправляющимся на лодках фрицам.  "Ну что, гансы, нахлебаетесь сейчас водицы, умоетесь кровью!"- громко кричит в азарте боя сержант Макаров, добивая из пулемёта последних, оставшихся в живых фашистов. Весь оставшийся день немцы больше не пытались пойти в атаку, зато ожесточённо обстреливали наши позиции, заставу, посёлок, бомбили из похожих на чёрных ворон "Юнкерсов".
                  Я думал, дорогая правнучка, что мы в этот день не выживем. При этих обстрелах погибло ещё двое моих товарищей. За время затишья, ночью, ползком  мы добрались до того места, где когда-то была наша застава, добыли ещё немного патронов.
                   Вчетвером мы сумели продержаться трое суток, усеяв берег реки трупами фашистов (по нашим подсчётам их было около семидесяти). 26 июня под покровом ночи, все израненные, без единого патрона, но с оружием, мы двинулись в сторону  Могилёва. Блуждая по лесу, мы наткнулись на большую группу выходивших из окружения бойцов и вместе с ними через двое суток прорвались к дивизии, героически оборонявшей Могилёв в течение месяца».
             « Вот так, моя любимая правнучка, - писал мой прадед в конце письма.-  Я рассказал тебе о самых тяжёлых, первых днях войны с фашизмом».

                 После прочтения письма я как будто сама побывала на месте боёв, ощутила весь ужас, боль людей, вовлечённых в горнило войны.
Через некоторое время  спохватилась, очнулась от нахлынувших на меня эмоций. На стене мирно тикали ходики, показывая час ночи. Похоже, я несколько часов просидела над письмом. Милый мой дедуся Миша (я его так ласково называю), я приеду к тебе летом в Тулу и буду слушать твои удивительные рассказы. Память о самой ужасной войне будет жить в моей душе всегда, в этом я поклялась самой себе!

© Дом культуры «Шарм», 2018

Web-canape — создание сайтов и продвижение

Яндекс.Метрика

Главная | Карта сайта | Обратная связь

г. Смоленск, Ленинский район,
ул. Нахимова, 17
66-68-67 | 35-51-23
gordk1@mail.ru